Что такое любовь?

Что такое любовь?  Можно ли дать единственно верное определение этому слову?  В какой зависимости находится наше понятие любви от того, кто находится рядом с нами?  Маленький мальчик, который защищал меня в детском саду и за которого я, конечно, хотела замуж — кстати, можешь гордиться собой. Даже дам тебе на выбор два варианта «почему». Первый — потому, что ты на данный момент первый и последний человек, за которого мне вообще хотелось замуж, (Федоров, Бутусов, Бродский и все остальные не считаются, так ведь?), и забудь, что мой мозг тогда напоминал грецкий орешек в масштабе один к одному; второй — потому, что тебе всё-таки повезло не повесить этот прекрасный камень в виде прекрасной меня на свою прекрасную шею.   Молодой человек, который провожал меня после школы, и мы ежедневно стояли возле моего подъезда, не в силах расстаться, не солгу, по три-четыре часа. И только он умел любить меня так, что дарил бесспорное состояние того, что я лучшее существо во всех Вселенных, включая параллельные, и теперь, даже когда тебя со мной нет, я всё еще иногда напяливаю на себя эту корону и шёлковую ленточку, но всё еще чаще с твоей помощью, чем других или уже самостоятельно. (Привет твоей маме. Надеюсь, она перестала ненавидеть меня за то, что я сломала тебе жизнь?)   Большой мужчина, с которым всё, что было в моих силах — только согласительно-одобрительно кивать. С которым я чувствовала себя крошечной и глупенькой, в полнейшей безопасности, но жутко слабой, что казалось, вот он отпустит сейчас мою руку на минуту, чтобы оплатить мой салат, кофе и что там я еще обычно беру, но и этого отсутствия мне хватит: я моментально упаду и умру прямо возле его ног, а при падении выдам мощнейший драматический пируэт, и сделаю это с таким лицом, что это покажется лучшим, что случалось со мной за всю мою крошечную жизнь.

Я где-то прочитала о том, что в словаре Даля двести тысяч слов, и есть еще множество других, которых в этом словаре нет. Но почему-то мне хотелось говорить им всем одно и то же: душа моя, мой хороший, обними меня… Даже человеческие имена повторяются, что уж говорить о тех, которые мы все самовольно присуждаем? Но даже называя одними и теми же словами, используя одно и то же обращение, невозможно относиться к одному человеку точно так же, как когда-то к тому, другому. Но я ведь и про этого говорила «любовь», и про другого говорила «люблю». Абсурд? С одним мы курили в квартире его родителей прямо в их постели; к другому я приезжала только в идеально-выглаженных рубашке и юбке; а с третьим мы купались в фонтане на его тридцатилетие. То есть, конечно, между этими людьми были секунды, минуты и годы, была я — маленькая и глупая, была я — большая и злая, но слова… Слова были те же самые. Конечно, и они говорили мне то же самое, что говорили когда-то другой, смотря в её другие глаза или на грудь, или что там в ней было особенного? А порой этот факт прорезался колючей проволокой прямо в область живота, на том замечательном моменте, когда ты узнаешь, что стала third person в чужой истории, и что одни и те же слова летели в две разные стороны в одно и то же время. И когда эта тайная тайна перестает быть тайной тайной, для тебя придумывают что-то особенное, желательно, связное с твоим именем, чтобы уж наверняка не назвать так и другую. Но в то же время, если это прозвище и вырвется в случайном порыве страсти или нежности, то оно не настолько очевидное, чтобы заподозрить его в относительности к другой женщине. Что ты, что ты, это я о тебе, дорогая!

И то, что так происходит со словами — это не самое страшное. Со временем и все наши телодвижения превращаются в некий отработанный механизм. Знаете, как инструкция к технике. Подключи, поверни, нажми, и заработало. Раз сработало с одним предметом, покупая второй, вряд ли вы станете читать инструкцию. А может быть, типичность — это естественный процесс, неизбежно наступающий с возрастом? То есть, в юности ты имеешь счастье испытать весь спектр чувств, и к каждому человеку относишься по-особенному, но потом это неизбежно то ли перегорает, то ли человек сам без или осознанно выбирает себе наиболее удобную модель поведения, отработанную годами и вполне пригодную для существования, и да, даже для какого-то там счастья.  Должны ли мы стараться как можно дольше оттянуть эту неизбежность? Должны ли мы каждый раз набираться сил и смелости, и находить любовь такую, которая сильнее всего, сильнее наших фальшивых связей, сильнее любви и ненависти из нашего прошлого, сильнее нашего эго, нашей гордыни?

Автор Лейсан Мухутдинова @leisanmk, фото FashionIQ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ