Как я осталась жить в Америке (Часть 2)

Два месяца мы жили в гостинице Марриотт. Не самый плохой вариант, тем более для двух людей. Из Москвы в Солт-Лейк я привезла почти все, что «было нажито непосильным трудом». Я сейчас смеюсь над этой фразой, конечно, но и правда, сколько же шмотья я приперла с собой. В этом всем в «мормондии» можно было очаровать только бизонов, пасущихся на воле вокруг соленого озера. Я доставала какие-то наряды, надевала их на себя, снимала и тут же облачалась в «домашний костюм» а-ля пижама для спорта — так в Солт-Лейк-Сити можно было ходить круглогодично. Можно было не мыть голову, можно было не мыться вообще, никто не заметил бы. Я привезла несколько пар часов, которые мне даже было стыдно надеть. Игроки из команды моего мужа заметили мой Франк Мюллер с бриллиантами из автобуса, отправляющего в частный аэропорт, и незамедлительно прокомментировали: «Андрей, кого тебе пришлось убить в России, чтобы купить ей эти часы?» «А она сама их себе как-то купила».

Да, я была богатой невестой, героиней светской хроники Москвы 90-х. Это смешно, конечно, но это правда. Моя скоропостижная эмиграция вызвала сильное удивление в массах. Все же к тому моменту у меня была своя компания (ещё с двумя партнерами, занимающимися спортивным маркетингом). Мы, как герои «Москва слезам не верит», стояли у истоков. Тогда он, правда, говорил о ТВ, но да, я, наверное, была первой женщиной в Москве, занимающейся спортивным маркетингом. На дворе стоял 2000 год. Мои партнёры, они же любимые друзья, со скрипом души отпустили меня в Америку. Они поняли, что я никогда не вернусь.

Пользуясь моментом, расскажу, как произошло мое знакомство с будущим мужем. Мало кто знает, но он был, пожалуй, единственным спортсменом, с которым Найк подписал долгосрочный контракт. Но то, что таким молодым, точно единственным! Уже в 18 лет у него был контракт, который длился очень долго. Впоследствии по мере роста его карьеры контракт в год был ни много ни мало один миллион долларов. Сейчас я это пишу, и мне как-то даже неприятно. И такое бывало! Так вот, моя компания ID Marketing Group плотно работала с Найк и организовала для них все эвенты и пиар. Такая была у меня работа. В какой-то момент нам поручили организовать праздник баскетбола по заказу Правительства Москвы, и такое бывало. И конечно, первым делом необходимо было пригласить участвовать моего будущего мужа. Он любезно согласился. Мы встретились у меня в офисе. Какой чудесный мальчик — всего 18 лет, а такая умница! И манеры, и воспитание, и улыбка. Я спросила своих товарищей о нем. Что-то он очень хороший, даже чересчур. «Репутация у него кристальная, потенциал невероятный, но может быть очень сложным человеком», — Что значит сложным? — «Ну, ты пообщайся с ним, и все поймёшь».
Прожив с ним 17 лет, я все поняла, и жили тоже смешно. Я, наверное, лучше всех знаю, кто такой Андрей Кириленко. Это эталон феноменального спортсмена с психикой черствого безэмоционального полена. Адская дисциплина и такой же адский азарт. Азарт и «полено». Вот такая несовместимость. Колоссальная требовательность к себе и окружающим без способности демонстрировать это. Мой муж — истинный Дарт Вейдер, только работающий на доброй стороне. Ну ладно, бог с ним, с Андреем. Ему мы посвятим как-нибудь целую главу.

А тем временем мы подыскали себе жильё. Новый таунхаус на две семьи стоял у самого въезда в заснеженный каньон. Впоследствии я там даже сделала фотосессию для каталога своего магазина, но это уже годами позже, а пока я готовилась стать матерью. Спортом я не занималась, в день выпивала по 2-3 молочных коктейля с картошкой фри — в общем, ни в чем себе не отказывала. Да и что говорить, результат был налицо и на лице, и вообще по всему телу. Я прибавила 35 килограмм к концу беременности. Даже моя политкорректная гинеколог предложила мне сесть на диету. И была совершенно права. Ее аргумент был таким: «Не думаю, что вы хотите, чтобы у вас развился сахарный диабет беременных на последней стадии перед родами. Это может осложнить роды». Я — человек послушный, есть резко перестала. И кстати, больше не прибавила ни килограмма. Видимо дальше было некуда. А если честно, думаю, все беременные за собой замечали, что на последнем месяце есть хочется гораздо меньше, и это логично. Плод ножками давит на желудок. Там и так места мало, и вообще давление совсем сторон.

Мы начинаем планировать дату родов. Не знаю, как это вычисляется в России, но в Америке говорят конкретную дату, причём одну. Due date. И схема такая: дата начала последней менструации +40 недель. У меня получилось 21 февраля. #продолжениеследует

Автор, фото Маша Лопатова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ