Как я осталась жить в Америке (часть 20)

Я очень любила баскетбол. Я выросла на баскетбольной площадке, с детства следила за всеми играми папы. Зал ЦСКА мой родной, и удивительно, что своего мужа я повстречала почти там же. НБА для меня оказалась таким же огромным приключением, как и собственно для Андрея. Мир НБА захватывал меня, и почти каждый вечер в игровой день у меня была легкая взволнованность.

Игры через день — это не только напряженный сезон. Для меня это было ещё и социальное мероприятие. Можно было наряжаться, краситься, и это помогало в богом забытой Юте. Несмотря на то, что это был целый ивент, игра моего мужа волновала меня больше всего. Я не любила разговаривать во время игры с жёнами и подругами игроков и именно по этой причине никогда не любила приглашать друзей. Я ненавижу разговаривать во время баскетбольной игры! И кстати, мой супруг в течение всей своей баскетбольной карьеры должен был видеть, что я сижу на своём месте. Значит все в порядке. Более того, как отметили баскетбольные жены-афроамериканки, которые однажды предложили мне места Карла Мэлоуна, — That’s so cute!!! — когда я отказалась от этих мест и сказала, что муж должен меня видеть, иначе он будет отвлекаться, искать глазами, пока не найдёт, и плохо играть.

В начале карьеры мои домашние места на арене были не самые лучшие. Я начинала «свою карьеру» на 24 ряду, потом передвинулась на 12… Но вскоре мы покупали сезонные билеты за свои деньги на 3 ряду. Да, семьям не всегда дают бесплатно хорошие билеты, поэтому пришлось купить билеты напротив нашей скамейки. Обычно семья сидит за скамейкой игроков, я же хотела сидеть напротив, чтобы видеть своего мужа, когда он сидит в запасе. В результате мы освоили один интересный навык — мы научились читать друг у друга по губам, и таким образом могли разговаривать. Мы реально поддерживали с ним разговор: обсуждали игру, его игру, игру других, подтрунивали над тренером, просто смеялись. Надо заметить, что сидел он на скамейке мало, но даже за какие-то 5 минут мы успевали многое обсудить. У нас всегда были и остаются очень близкие отношения, и нет таких тем, на которые мы не можем разговаривать. У нас похожее чувство юмора, постоянная ирония, порой сарказм и вечное подтрунивание друг над другом. Мы очень толстокожие люди, поэтому нам легко друг с другом. Для людей со стороны наши отношения всегда кажутся нереальными. Кому-то в хорошем смысле, а кому-то в плохом.

Мне было не все равно, как играет мой муж, и я очень хотела, чтобы его карьера сложилась должным образом. Очень скоро Андрей имел отличную репутацию среди игроков и команд. Многие тренеры хотели бы видеть его именно в своей команде, но по многим причинам мы остались именно в Юте на 10 лет. Буквально за пару лет мы освоились и стали там «своими». Каждый ютовчанин знал и меня, и, естественно, Андрея в лицо, и относились к нам с пиететом. После того как мы приехали из Москвы, где сняли клип на песню «Сахарный», меня начали называть «Russian pop star». Дело в том, что «Сахарный» попал в хит-парад MTV Russia, и эта информация докатилась до Америки. Моя белая шляпа засветилась на всех каналах. Никто не понимал ни слова, о чем я пою, но американцам очень я нравилась. Падкие они все на эту историю. Мне же казалось это все смешным. Возможно, в этом и есть мое счастье, что я никогда не воспринимала себя серьезно.

Автор, фото Маша Лопатова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ