Пускаю корни. Содермальм

Модный район Содермальм находится в Стокгольме, но, по моим ощущениям, это только на карте. Я живу здесь уже месяц после переезда из респектабельного района Остермальм, но до сих пор, гуляя  по холмистым улицам среди толп зевак, пересекая улицы Gotgatan и Folkungatan — местное SOFO с различными барахолками, индийскими лавками, пабами и магазинчиками для хиппи, тату-студиями, с сидящими на каждом углу цыганами, я чувствую себя потерянной. Мне c трудом верится, что я в Стокгольме или вообще в Швеции. Нет, конечно, забравшись на холмы Mosbacken, завороженно смотришь на открывшуюcя панораму города, величественно расположившегося на берегах моря, цепким взглядом ухватывая купол церкви Hedvig Eleonora Kyrka в родном районе Ostermalm, праздничную линию белых домов на набережной Strandvagen, королевский силуэт Grand Hotel, и сердце предательски сжимается. В голове загорается «объект распознан», и волна радости накрывает от вида привычного мне Стокгольма. Я здесь, в том же городе, рядом. До другого берега рукой подать, а нет — ощущение, будто от прежней жизни меня отделяют моря и океаны. Короче, драма — берег правый, берег левый. Содермальм точно левый, и я на этом берегу, изгнанная из рая — самого дорогого и правого  района Остермальма, смахиваю слезу и решаю проверить, что же за остров такой Содермальм, и почему многие считают его прикольным и классным.

Впервые я столкнулась с описанием Содермальма в книгах знаменитого шведского писателя Стига Ларссона. Он был «левым» и считал Содермальм своим домом. В своей трилогии Миллениум (“Девушка с татуировкой дракона”, «Девушка, которая играла с огнем” и “Девушка, которая взрывала воздушные замки») он впервые показал «теневую» часть современного шведского общества. Интересно, что в шведском оригинале первая книга трилогии называется «Мужчины, которые ненавидят женщин». Это и была основная тема работы Стига Ларссона, журналиста, который вел свои расследования о гендерном равноправии в Швеции, о педофилии и роли доверия к соцработникам по отношению к жертвам. Его знаменитые герои –  журналист Майкл Бломквист и девушка-хакер Лисбет Саландер, — жили здесь на соседних улицах. Вымышленные герои из книги имеют реальные адреса в городе. Это ли не удивительно! И не это ли доказательство, что все мы, люди, любим создавать свои виртуалочки — параллельные миры, в которые «сбегаем» от своей боли и несовершенства мира, в страны грез или литературных героев, где любовь длится вечно, жертвы побеждают своих мучителей, и справедливость торжествует.

Успешным писателям везет больше — их виртуальные миры открываются широким массам читателей и превращаются почти в реальность. К примеру, здесь, неподалёку от меня, на Bellmannnsgatan,1 можно посмотреть вымышленную квартиру Майкла Бломквиста в красивом старинном здании на холме с потрясающим видом на Gamla Stan (Старый город). Далее отправиться на Hornsgatan, 78 в кафе Mellqvist Kaffebar, где Майкл Бломквист засиживался за чашкой кофе и встречался с друзьями во время традиционной шведской fika (обычай пить кофе с булочками или пирожными и болтать о жизни). Да и сам автор Стиг Ларссон часто работал в этом кафе над очередной главой своей книги.

Реальность пересекается с вымышленным. Здесь по улицам ходят девушки — сестры Лисбет Саландер. Волосы цвета вороного крыла, пирсинг на губах и в носу, тяжелые байкерские ботинки и сумки-котомки. Плечи, руки, ноги, — все увито в диковинных тату. Я сворачиваю вслед за ними шею и глазею с открытым ртом. Так и хочется спросить, а не голова ли дракона у неё на плече? В супермаркете я подмечаю, что они покупают. Оказывается, здоровую еду, в основном веганскую. Хотя видок у них довольно брутальный, сразу не поймешь – жертва или палач? Или просто девушка в образе? Стиляга или хипстер? Толпы народа, спешащего на автобус или в подземку в районе Medborgarplatsen, самой криминальной площади в Стокгольме, смахивают больше на массовку к Бродвейскому мюзиклу. Тут и постаревший рок музыкант с длинными тонкими волосами, в коротком кожаном жилете, и ребята, высокие, длинноволосые, в клешах из семидесятых – Flower Power, — и просто «городские сумасшедшие» с крысой на плече и в чалме. Попадаются и нормальные шведские парни, похожие на alter ego Майкла Бломквиста – спортивные, симпатичные блондины в слаксах и поло. Бегло стрельнут взглядом, но никогда  не сделают первый шаг, чтобы познакомиться с приглянувшейся девушкой. Мягкие и добрые, вышколенные поколениями эмансипированных шведских женщин.

Современный  Содермальм — это место хипстеров и богемы, но так было не всегда. В 17 веке после сильного пожара в Gamla Stan, Старом городе, было запрещено иметь деревянные дома, и бедное население двинулось на юг, на остров, известный в то время как Ason, сегодняшний Cодермальм. Большая часть острова была использована под сельское хозяйство, население состояло в основном из рабочих и крестьян. Примерно в то же время здесь появился первый театр в Швеции — Bjorngardsteater. В своих творениях поэты и писатели весьма поэтично обращаются к  Содеру, называя его «южные холмы». И действительно, этот остров состоит из множества холмов и скал.

В 2014 году журнал Vogue упомянул Содермальм в списке пятнадцати самых классных районов мира, написав, что слова cool и Stockholm являются синонимами в современном мире. Винтажные бутики, такие как Grandpa, в которых продаются шведские бренды Rodebjer и Dagmar,  несколько Acne студий, этнические и pop-up магазины, множество кафе, ресторанов, баров и пабов создают атмосферу расслабленности и ощущения отпуска. Кажется, что все здесь не работают, а творят: сидят в барах или кафе, обсуждают сюжеты незаконченных романов, насвистывают мелодии к почти завершенным новым мюзиклам, устраивают состязания по street dancing и надеются. Обычные люди – толстые и худые, спортивные и нет, покрытые тату и пирсингом, кто-то с веснушками, — они едят, пьют и курят, радуются солнцу и долгим летним вечерам и надеются, что поймают удачу за хвост, что завтра проснутся знаменитыми, что обретут признание и любовь в этом мире.

Здесь непривычная Швеция, без штампов про Икеа и викингов. Здесь формируется новый вид нации, собирательный образ новых шведов – большой интернациональной семьи с новым поколением эмигрантов, которых Швеция так хлебосольно наделила своим гражданством, правами и благами. Ну, а я, по сути, оказалась в нужной мне богемной среде, брожу по улицам, где жил и работал мой тезка Майкл Бломквист, и раздумываю, а не замахнуться ли мне на детектив? А вдруг прославлюсь? Место-то богемное.

Автор Лена Бломквист @blomquist2745, фото #Домохозы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ